featherygold (featherygold) wrote,
featherygold
featherygold

Categories:

"Удивительно, как беспомощен человек, когда он один!" (с) "The Invisible Man"

"Гриффин опустился в кресло, помолчал немного, затем опять быстро заговорил:
- Когда это случилось, я уже расстался с колледжем в Чезилстоу. Это было в декабре прошлого года. Я снял комнату в Лондоне, большую комнату без мебели в огромном запущенном доме, в глухом квартале на Грейт-Портленд-стрит. Комната скоро заполнилась всевозможными аппаратами, которые я купил на отцовские деньги, и я продолжал работу, успешно подвигаясь к цели.<...>


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com




London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


- И вы подвергли ее опыту?
- Да. Но напоить кошку снадобьями - это не шутка, Кемп! И опыт мой не совсем удался.
- Не совсем?
- По двум пунктам. Во-первых, когти, а во-вторых, пигмент - забыл его; название - на задней стенке глаза у кошек, помните?
- Tapetum.
- Вот именно, tapetum. Этот пигмент не исчезал. <...> И потом, когда все обесцветилось и исчезло, остались два небольших пятна - ее глаза.
- Неужели вы думаете, что и сейчас по свету гуляет невидимая кошка? - спросил Кемп.
- Если только ее не убили, - ответил Невидимка. - А почему бы и нет?
- Почему бы и нет? - повторил Кемп и извинился: - Простите, что я прервал вас.
- Вероятно, ее убили, - сказал Невидимка. - Четыре дня спустя она была еще жива - это я знаю точно: она, очевидно, сидела под забором на Грейт-Тичфилд-стрит, там собралась толпа зевак, старавшихся понять, откуда слышится мяуканье.


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


С минуту он молчал, потом снова быстро заговорил:
- Я очень ясно помню это утро. Я, вероятно, прошел всю Грейт-Портленд-стрит. Помню казармы на Олбэни-стрит и выезжавших оттуда кавалеристов. В конце концов я очутился на вершине Примроз-Хилл; я чувствовал себя совсем больным. Был солнечный январский день; в тот год снег еще не выпал, и погода стояла ясная, морозная. Я устало размышлял, стараясь охватить положение, наметить план действий. <...>


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


Как только они спустились вниз, я снова пробрался к себе в комнату, захватив коробку спичек, зажег бумагу и мусор, придвинул к огню стулья и кровать, при помощи гуттаперчевой трубки подвел к пламени газ и простился с комнатой.
- Вы подожгли дом?! - воскликнул Кемп.
- Да. Это было единственное средство замести следы, а дом, безусловно, был застрахован... Я отодвинул засов наружной двери и вышел на улицу. Я был невидим и еще только начинал сознавать, какие преимущества это давало мне. Сотни самых дерзких и фантастических планов возникали в моем мозгу, и от сознания лилией безнаказанности кружилась голова.
Тут мне пришла в голову блестящая мысль. Я забежал вперед и сел в пролетку. Дрожа от холода, испуганный, с первыми признаками насморка, с ушибами и ссадинами на спине, все сильнее дававшими себя чувствовать, я медленно ехал по Оксфорд-стрит, и дальше по Тоттенхем-Корт-роуд. Настроение мое совершенно не походило на то, с каким десять минут назад я вышел из дому. Вот она, моя невидимость! Меня занимала только одна мысль: как выбраться из скверного положения, в какое я попал?

London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


Я направился к Блумсбери-сквер, намереваясь свернуть за музеем к северу, чтобы добраться до малолюдных кварталов. Я окоченел, и нелепость моего положения так угнетала меня, что я всхлипывал на ходу. На углу Блумсбери-сквер из конторы Фармацевтического общества выбежала белая собачонка и немедленно погналась за мной, обнюхивая землю.


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


Раньше мне никогда не приходило в голову, что для собаки нос то же, что для человека глаза. Собаки чуют носом движения человека, подобно тому как люди видят их глазами. Мерзкая тварь стала лаять и прыгать вокруг меня, слишком ясно показывая, что она осведомлена о моем присутствии. Я пересек Грейт-Рассел-стрит, все время оглядываясь через плечо, и, только углубившись в Монтегю-стрит, заметил, что движется мне навстречу.


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


До меня донеслись громкие звуки музыки, и я увидел большую толпу, шедшую со стороны Рассел-сквер, - красные куртки, а впереди знамя Армии спасения. Я не надеялся пробраться, незаметно сквозь толпу, запрудившую всю улицу, а повернуть назад, уйти еще дальше на окраину я боялся. Поэтому я тут же принял решение: быстро вбежал на крыльцо белого дома, прямо напротив ограды музея, и остановился в ожидании, пока пройдет толпа.


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


К счастью, собачонка, заслышав музыку, перестала лаять, постояла немного в нерешительности и, поджав хвост, побежала назад, к Блумсбери-сквер.
Но младший мальчуган уловил мое движение, и, прежде чем я успел спуститься на тротуар, он оправился от минутного замешательства и стал кричать, что ноги перескочили через ограду.
Все бросились туда и увидели, как на нижней ступеньке и на тротуаре с быстротой молнии появляются новые следы.
"В чем дело?" - спросил кто-то. "Ноги! Глядите. Бегут ноги!"
Весь народ на улице, кроме моих трех преследователей, спешил за Армией спасения, и этот поток задерживал не только меня, но и погоню. Со всех сторон сыпались вопросы и раздавались возгласы изумления. Сбив с ног какого-то юношу, я пустился бежать вокруг Рассел-сквер, а человек шесть или семь изумленных прохожих мчались по моему следу. Объясняться, к счастью, им было некогда, а то вся толпа, наверное, кинулась бы за мной.


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


Дважды я огибал углы, трижды перебегал через улицу и возвращался назад той же дорогой. Ноги мои согрелись, высохли и уже не оставляли мокрых следов. Наконец, улучив минуту, я начисто вытер ноги руками и таким образом окончательно скрылся. Последнее, что я видел из погони, были человек десять, сбившиеся кучкой и с безграничным недоумением разглядывавшие медленно высыхавший отпечаток ноги, угодившей в лужу на Тэвисток-сквер, - единственный отпечаток, столь же необъяснимый, как тот, на который наткнулся Робинзон Крузо.


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


Это бегство до некоторой степени согрело меня, и я стал пробираться по лабиринту малолюдных улочек и переулков уже в более бодром настроении.


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


Потом мимо меня с криком пробежал человек, за ним другой, третий, а через минуту целая толпа взрослых и детей стала обгонять меня. Они спешили на пожар и бежали по направлению к моему дому. Заглянув в переулок, я увидел густое облако дыма, поднимавшееся над крышами и телефонными проводами. Я не сомневался, что это горит моя квартира; вся моя одежда, аппараты, все мое имущество осталось там, за исключением чековой книжки и трех томов заметок, которые ждали меня на Грейт-Портленд-стрит. Я сжег свои корабли - вернее верного! Весь дом пылал.
Невидимка умолк и задумался. Кемп тревожно посмотрел в окно.
- Ну? - сказал он. - Продолжайте.
Я повернул назад уже с определенной целью и, избегая многолюдных улиц, направился к глухим кварталам к северу от Стрэнда: я вспомнил, что где-то в этих местах торгуют своими изделиями несколько театральных костюмеров.


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


День был холодный, дул пронзительный северный ветер. Я шел быстро, чтобы на меня не натыкались сзади. Каждый перекресток представлял для меня опасность, за каждым прохожим я должен был зорко следить. В конце Бедфорд-стрит какой-то человек, мимо которого я проходил, неожиданно повернулся и, налетев на меня, сшиб меня на мостовую, где я едва не попал под колеса пролетки. Оказавшиеся поблизости извозчики решили, что с ним случилось что-то вроде удара. Это столкновение так подействовало на меня, что я зашел на рынок Ковент-Гарден и там сел в уголок, возле лотка с фиалками, задыхаясь и дрожа от страха. Я, видно, сильно простудился и вынужден был вскоре уйти, чтобы не привлечь внимания своим чиханьем.


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


Наконец я достиг цели своих поисков, - это была грязная, засиженная мухами лавчонка в переулке близ Друри-Лейн, где в окне были выставлены театральные костюмы, поддельные драгоценности, парики, туфли, домино и фотографии актеров. Лавка была старинная, низкая и темная, а над нею высились еще четыре этажа мрачного, угрюмого дома.


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


London, Bloomsbury, Fitzrovia, Covent Carden by Sandra on 500px.com


Чем больше я думал, Кемп, тем яснее понимал, как беспомощен и нелеп невидимый человек в сыром и холодном климате, в огромном цивилизованном городе. До моего безумного опыта мне рисовались всевозможные преимущества. Теперь же я не видел ничего хорошего. Я перебрал в уме все, чего может желать человек. Правда, невидимость позволяла многого достигнуть, но но позволяла мне пользоваться достигнутым. Честолюбие? Но что в высоком звании, если обладатель его принужден скрываться? Какой толк в любви женщины, если она должна быть Далилой? Меня не интересует ни политика, ни сомнительная популярность, ни филантропия, ни спорт. Что же мне оставалось? Чего ради я обратился в запеленатую тайну, в закутанную и забинтованную пародию на человека?
Ей-богу, Кемп, вам с вашим характером не понять, что такое бешенство! Работаешь долгие годы, придумываешь, строишь планы, и потом какой-нибудь безмозглый, тупой идиот становится тебе поперек дороги! Дураки всех сортов, какие только существуют на свете, старались помешать мне. Если так будет продолжаться, я взбешусь окончательно и начну крошить их направо и налево. Из-за них теперь все стало в тысячу раз трудней.
- В самом деле, положение незавидное, - сухо обронил Кемп."
Герберт Уэллс. "Человек-невидимка"
Tags: Литературные места Лондона
Subscribe

Posts from This Journal “Литературные места Лондона” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 37 comments

Posts from This Journal “Литературные места Лондона” Tag